В страну счастливых
21 Jul 2015 21:17![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
tomtarВ былые времена, когда мы всей душой переживали за судьбу несчастных и обездоленных жителей стран с иным социальным строем, любовью юных читателей пользовалась повесть Н.Кальма "Черная Салли". Сюжет ее сплетается из двух историй: эпизодов из жизни школьников бедной окраины Нью-Йорка и рассказов чернокожей бабушки Салли о своем детстве, о рабстве, о войне между Севером и Югом, о Джоне Брауне, аболиционистах и "подпольной железной дороге". Книга повесть вышла в 1939 году и дважды переиздавалась - в 1941 и 1959 годах. Текст есть в сети, познакомиться с ним несложно. Но представляет он издание 1959 года, во всем повторяющее довоенные, но с совершенно другим эпилогом.
Подсказкаmurmon заставила меня перелистать книжку 1941 года. Не могу с уверенностью утверждать, что оба довоенных издания идентичны, но, скорее всего, так и есть. Отличия в описании из каталога РНБ минимальны, разное количество страниц может объясняться небольшим различием форматов и тем, что иллюстрации со вклеек перекочевали на страницы.
Рисунки в книгах 1939 и 1941 годов принадлежат Николаю Жукову. Они показались мне выразительнее иллюстраций В.Высоцкого к третьему изданию.
Упомянутыйmurmon эпизод с мытьем посуды в книге 1941 года не обнаружился, а вот заключительные главки действительно другие.
В последнем издании заключительная глава рассказывает, как повзрослевший Чарли Аткинс, тяжелым трудом скопивший денег на университет и ставший врачом, смело выступает в поддержку отмены расовых барьеров в школьном образовании, вызвавшей возмущение белых горожан: "Мне удалось окончить университет, но я сидел там за особым барьером, как прокаженный, потому что я – негр. Я сносил все унижения, потому что мечтал стать ученым и помогать моему народу. Теперь, когда я узнал, что правительство позволило черным детям учиться вместе с белыми, я почувствовал себя счастливым. <...> Через несколько дней я добьюсь для вас свободного входа в школу. Никто не посмеет нападать на вас и ваших детей." Такой финал, пожалуй, способен обескуражить читателя, неискушенного в вопросах десегрегации - ведь мальчишкой Чарли беспрепятственно ходил в одну школу с белыми детьми. Никаких пояснений в отредактированном тексте нет. А вот в довоенном издании писательница не отступает от простой и недвусмысленной сюжетной схемы: измученная дискриминацией и политическими преследованиями семья Аткинсов отправляется в "Страну счастливых"
Интересно, что изменив финал "Черной Салли" в издании 1959 года, Н.Кальма сохранила практически такую же развязку в вышедшей чуть раньше повести "Дети Горчичного рая" (1949-1956). Написанная в период разгула маккартизма, эта повесть во многом напоминает по сюжету "Черную Салли". В ней снова речь идет о черном мальчике, тоже Чарли, школьном активисте, влюбленном в белую одноклассницу и становящемся жертвой расовых и политических преследований. В заключительной главе, красноречиво названной "К берегам свободы", Чарли Робинсон уезжает со своим другом и его отцом в Советский Союз, где "сможет получить образование, на которое имеет право по своим способностям <…> и после вернется сюда, на родину" - без сомнения, чтобы помочь менее удачливым одноклассникам, оставившим на память душещипательные строчки:
Признаться, в детстве обе повести Н.Кальма, несмотря на их черно-белую картину мира, читались все же с интересом и сочувствием, оставив о себе добрую память.
Подсказка
murmon заставила меня перелистать книжку 1941 года. Не могу с уверенностью утверждать, что оба довоенных издания идентичны, но, скорее всего, так и есть. Отличия в описании из каталога РНБ минимальны, разное количество страниц может объясняться небольшим различием форматов и тем, что иллюстрации со вклеек перекочевали на страницы.
Рисунки в книгах 1939 и 1941 годов принадлежат Николаю Жукову. Они показались мне выразительнее иллюстраций В.Высоцкого к третьему изданию.
Упомянутый
murmon эпизод с мытьем посуды в книге 1941 года не обнаружился, а вот заключительные главки действительно другие. В последнем издании заключительная глава рассказывает, как повзрослевший Чарли Аткинс, тяжелым трудом скопивший денег на университет и ставший врачом, смело выступает в поддержку отмены расовых барьеров в школьном образовании, вызвавшей возмущение белых горожан: "Мне удалось окончить университет, но я сидел там за особым барьером, как прокаженный, потому что я – негр. Я сносил все унижения, потому что мечтал стать ученым и помогать моему народу. Теперь, когда я узнал, что правительство позволило черным детям учиться вместе с белыми, я почувствовал себя счастливым. <...> Через несколько дней я добьюсь для вас свободного входа в школу. Никто не посмеет нападать на вас и ваших детей." Такой финал, пожалуй, способен обескуражить читателя, неискушенного в вопросах десегрегации - ведь мальчишкой Чарли беспрепятственно ходил в одну школу с белыми детьми. Никаких пояснений в отредактированном тексте нет. А вот в довоенном издании писательница не отступает от простой и недвусмысленной сюжетной схемы: измученная дискриминацией и политическими преследованиями семья Аткинсов отправляется в "Страну счастливых"
Интересно, что изменив финал "Черной Салли" в издании 1959 года, Н.Кальма сохранила практически такую же развязку в вышедшей чуть раньше повести "Дети Горчичного рая" (1949-1956). Написанная в период разгула маккартизма, эта повесть во многом напоминает по сюжету "Черную Салли". В ней снова речь идет о черном мальчике, тоже Чарли, школьном активисте, влюбленном в белую одноклассницу и становящемся жертвой расовых и политических преследований. В заключительной главе, красноречиво названной "К берегам свободы", Чарли Робинсон уезжает со своим другом и его отцом в Советский Союз, где "сможет получить образование, на которое имеет право по своим способностям <…> и после вернется сюда, на родину" - без сомнения, чтобы помочь менее удачливым одноклассникам, оставившим на память душещипательные строчки:
Лежат за океаном Желанные края. Там белый с темнокожим Давно уже друзья. Ты будешь, там счастливый, Как ласточка парить, Но черную сестренку Старайся не забыть. Ее судьба печальна: Осуждена она Оплакивать цвет кожи, В котором рождена.
Признаться, в детстве обе повести Н.Кальма, несмотря на их черно-белую картину мира, читались все же с интересом и сочувствием, оставив о себе добрую память.
