В страну счастливых

[tomtar]

В былые времена, когда мы всей душой переживали за судьбу несчастных и обездоленных жителей стран с иным социальным строем, любовью юных читателей пользовалась повесть Н.Кальма "Черная Салли". Сюжет ее сплетается из двух историй: эпизодов из жизни школьников бедной окраины Нью-Йорка и рассказов чернокожей бабушки Салли о своем детстве, о рабстве, о войне между Севером и Югом, о Джоне Брауне, аболиционистах и "подпольной железной дороге". Книга повесть вышла в 1939 году и дважды переиздавалась - в 1941 и 1959 годах. Текст есть в сети, познакомиться с ним несложно. Но представляет он издание 1959 года, во всем повторяющее довоенные, но с совершенно другим эпилогом.

Подсказка murmon заставила меня перелистать книжку 1941 года. Не могу с уверенностью утверждать, что оба довоенных издания идентичны, но, скорее всего, так и есть. Отличия в описании из каталога РНБ минимальны, разное количество страниц может объясняться небольшим различием форматов и тем, что иллюстрации со вклеек перекочевали на страницы.

   


Рисунки в книгах 1939 и 1941 годов принадлежат Николаю Жукову. Они показались мне выразительнее иллюстраций В.Высоцкого к третьему изданию.































Упомянутый murmon эпизод с мытьем посуды в книге 1941 года не обнаружился, а вот заключительные главки действительно другие.

В последнем издании заключительная глава рассказывает, как повзрослевший Чарли Аткинс, тяжелым трудом скопивший денег на университет и ставший врачом, смело выступает в поддержку отмены расовых барьеров в школьном образовании, вызвавшей возмущение белых горожан: "Мне удалось окончить университет, но я сидел там за особым барьером, как прокаженный, потому что я – негр. Я сносил все унижения, потому что мечтал стать ученым и помогать моему народу. Теперь, когда я узнал, что правительство позволило черным детям учиться вместе с белыми, я почувствовал себя счастливым. <...> Через несколько дней я добьюсь для вас свободного входа в школу. Никто не посмеет нападать на вас и ваших детей." Такой финал, пожалуй, способен обескуражить читателя, неискушенного в вопросах десегрегации - ведь мальчишкой Чарли беспрепятственно ходил в одну школу с белыми детьми. Никаких пояснений в отредактированном тексте нет. А вот в довоенном издании писательница не отступает от простой и недвусмысленной сюжетной схемы: измученная дискриминацией и политическими преследованиями семья Аткинсов отправляется в "Страну счастливых"











Интересно, что изменив финал "Черной Салли" в издании 1959 года, Н.Кальма сохранила практически такую же развязку в вышедшей чуть раньше повести "Дети Горчичного рая" (1949-1956). Написанная в период разгула маккартизма, эта повесть во многом напоминает по сюжету "Черную Салли". В ней снова речь идет о черном мальчике, тоже Чарли, школьном активисте, влюбленном в белую одноклассницу и становящемся жертвой расовых и политических преследований. В заключительной главе, красноречиво названной "К берегам свободы", Чарли Робинсон уезжает со своим другом и его отцом в Советский Союз, где "сможет получить образование, на которое имеет право по своим способностям <…> и после вернется сюда, на родину" - без сомнения, чтобы помочь менее удачливым одноклассникам, оставившим на память душещипательные строчки:

Лежат за океаном
Желанные края.
Там белый с темнокожим
Давно уже друзья.
Ты будешь, там счастливый,
Как ласточка парить,
Но черную сестренку
Старайся не забыть.
Ее судьба печальна:
Осуждена она
Оплакивать цвет кожи,
В котором рождена.

Признаться, в детстве обе повести Н.Кальма, несмотря на их черно-белую картину мира, читались все же с интересом и сочувствием, оставив о себе добрую память.