Мой дед землю пахал. Брал плуг и пахал. В деревне. И родня у него была вся деревенская. Правда, в наших местах с земли не проживешь, благо еще - большой город рядом, дачники столичные наезжали опять же. Потому местные носом в землю не утыкались, знавали вещи позатейливей. Дедов шурин в пору юности и тут выделялся наособицу, был юношей амбициозным, интересовался техникой, гимнастикой тело граненое мучил, получив, по причине богатырских экстерьеров, ехидное прозвище "Деточка".
Деточка был щеголем: носил галстуки, владел лаковыми штиблетами и велосипедом с деревянными колесами. В один прекрасный день, обрядившись в пиджак и белые парусиновые брюки, Деточка, прихватив легкий чемоданчик, направился на станцию - покорять Большой Город. Вечером того же дня, собравшиеся на традиционные посиделки у дома деда деревенские обыватели были непривычно тихи и сдержаны. Наконец, одна из соседок не выдержала. "Э-э-эх, Александр Прокофьич, - горестно выдохнула она Деточкину отцу, - сынок-то твой умом повредился: в одних подштанниках на поезд пошел!"
Деточка был щеголем: носил галстуки, владел лаковыми штиблетами и велосипедом с деревянными колесами. В один прекрасный день, обрядившись в пиджак и белые парусиновые брюки, Деточка, прихватив легкий чемоданчик, направился на станцию - покорять Большой Город. Вечером того же дня, собравшиеся на традиционные посиделки у дома деда деревенские обыватели были непривычно тихи и сдержаны. Наконец, одна из соседок не выдержала. "Э-э-эх, Александр Прокофьич, - горестно выдохнула она Деточкину отцу, - сынок-то твой умом повредился: в одних подштанниках на поезд пошел!"