Игра в "свою страну"

[tomtar]

Выдуманных стран сейчас можно найти на любой вкус - в многочисленных книгах фэнтези или изощренных компьютерных играх. Но я не о них, а об обычных детских повестях и рассказах (подчеркиваю - реалистических!), герои которых придумывают свою особенную, секретную страну, город или целый мир, с собственной историей, географией и мифологией - ну, кому что позволяет воображение.


Первое, что приходит на ум - чудесная книга Льва Кассиля "Кондуит и Швамбрания" , или повесть о необычайных приключениях двух рыцарей, в поисках справедливости открывших на материке Большого Зуба великое государство Швамбранское, с описанием удивительных событий, происшедших на блуждающих островах, а также о многом ином, изложенном бывшим швамбранским адмиралом Арделяром Кейсом, ныне живущим под именем Льва Кассиля, с приложением множества тайных документов, мореходных карт, государственного герба и собственного флага. "Мир был очень велик, как учила география, но места для детей в нём не было уделено", грустно вздыхали братья Леля и Оська. И тогда они "открыли" новую страну, в которой все было как в "большом мире", но лучше, честнее, занимательнее. Отзыв.

Еще об одной стране рассказывается в другой повести Кассиля - "Дорогие мои мальчишки". В ней переплетаются две истории - о мальчишках маленького городка, к которому вплотную подошла война, и сказка о прекрасной стране Синегории, придуманная для них веселым человеком Арсением Гаем. "И часто теперь, когда не ладится у меня работа или ненастно на душе, я достаю маленькое заветное зеркальце - на крышке его герб синегорцев: радуга, стрела и побеги вьюнка... И вижу я, что совсем не так уж плохо живется на свете, и снова верю, что отвага, верность и труд непременно победят, как бы ни упирался встречный ветер, как бы ни клокотала гроза. Радуга еще вскинется, обнимет мир, и все будет хорошо, все станет как надо, дорогие мои мальчишки!"


К.Патерсон "Мост в Терабитию": Терабития - это секретное место, которое было доступно только одиннадцатилетним Джессу и Лесли, воображаемое королевство, населенное троллями, великанами, шагающими деревьями и прочими чудесaми, в котором герои находили укрытие от жестоких одноклассников, одиночества и семейных неурядиц. Волшебная сказка оживает, стоит только перейти через потайной мост. И, как у всякой сказки, у нее есть конец - горький, нежданный. Но может быть и продолжение...








Книга М.Шагинян раскрывает интригу уже своим заглавием - "Повесть о двух сестрах и о волшебной стране Мерце". Ее маленькие героини живут в Москве столетней давности, у них любящая семья, няня, гувернантка, щедрый крестный, новости через дырочки в стенах и собственная страна волшебных фантазий. Скрытая и прекрасная, она начинается с призрачной дорожки, которую охраняет рыцарь в мохнатом шлеме. Мерцу осаждает враг, коварный, злобный и бесчисленный, и так много надо сделать, чтобы ее спасти... Но все заканчивается, когда чужой взрослый человек узнает детские секреты.

Выдуманные города и страны упоминаются во многих книгах В.Крапивина. Назову только те, где такая игра описана достаточно подробно.

"Тень каравеллы": романтическая, проникновенная повесть о послевоенном детстве: о дружбе мальчишек-соседей - первоклассника Владика и четвероклассника Пашки, устроивших из старой карты и крошечного кораблика целый мир, в котором они были капитанами. "Та зима вспоминается сейчас не застывшими чернилами, не тетрадками, сшитыми из газет, не очередями у магазина. Она вспоминается как непрерывная цепь «корабельных» вечеров... Там, где ляжет Тень Каравеллы, зашумят над волнами наши паруса и защелкают флаги. Там, где ляжет Тень Каравеллы, мы пройдем сквозь тяжелые удары выстрелов и штормовое завывание ветров. Там, где ляжет Тень Каравеллы, будут трудные дороги, соль разъест на ладонях кожу, морозы сожгут лицо, солнце обуглит плечи. Тысячи загадок лишат человека покоя и сна. Но не будет там в жизни уныния и ленивой скуки..."

"Синий город на Садовой": не самая, на мой взгляд, удачная, но довольно известная повесть, с типичным крапивинским сюжетом - разновозрастную компанию ребят объединяют съемки самодельного фильма и придуманный прекрасный город, где можно укрыться от обыденного мира, который сер, угрюм и часто несправедлив. "А возник он однажды вечером, когда сидели у Оли и разговорились: какие кому снятся сны. Про это и раньше говорили, но как-то мельком и со смущением, а теперь будто распахнуло каждому душу. И оказалось – многое снится одинаково. То есть города и события сами по себе не похожи, но похожими оказались ощущения в таких снах – будто это и не сон вовсе, а особый, "параллельный" мир, куда ты приходишь как в любимую страну – настоящую, только окрашенную сокровенной тайной. Приходишь со сладким замиранием, ожиданием приключений и каких-то очень хороших встреч. Выяснилось вскоре, что в этих Городах, которые каждый видит по-своему, есть и похожие места – улицы, площади, пристани. Стеклянные галереи над мостовыми… Тогда Федя сказал, будто сделал еще один шаг в сказку:
– А давайте нарисуем карту…"

"Такая была планета": симпатичный рассказ об игре, которая не случилась, но задела героя краешком волшебства. Когда Вовка отправлялся в магазин за арбузом, он и предположить не мог, к чему это приведет. Встреча новых друзей, старый недруг, прекративший вражду, а главное — зеленая сказка — удивительная планета, в которую может превратиться самый обычный арбуз.
"- А бывают такие планеты? Зелёные?
"Не знаю", - подумал Вовка. И вдруг представил себе сказку. Это было как сон, который он увидел, даже не закрывая глаз: в очень чёрном небе светила яблочная луна и серебристо сверкали звёзды, похожие на жестяные пробки от бутылок; свет их запутывался в тонких, как папиросная бумага, маленьких облаках; и под этой луной, под этими звёздами и облаками медленно поворачивался громадный шар зелёной планеты. Шар с тёмными линиями лесов, блестящими пятнами морей и жёлто-серой пустыней у Северного полюса. По пустыне, звякая бубенцами, тянулся караван зелёных верблюдов, и длинные чёрные тени их торжественно шагали рядом на песке. Погонщики в халатах и тюрбанах салатного цвета медленно качались на горбах и в полудрёме клевали носами, похожими на прыщеватые огурцы. В пустыне не росло ничего, кроме кактусов. Это были зелёные шары и колбасы с длинными колючками. От одного кактуса к другому перебежками крался за караваном светло-зелёный, с тёмными полосками тигр. Колючки царапали его пыльную шкуру, и тигр мяукал жалобно и сердито, как голодный кот. Пустыня кончалась на берегу океана, где волны, прозрачные и тёмные, как бутылочное стекло, лизали с ворчанием глыбы малахита. Вдали от опасных береговых скал прыгали на волнах пузатые корабли, похожие на выдолбленные половинки громадных арбузов. У кораблей были паруса в светлую и тёмно-зелёную клетку. Отчаянные капитаны, позеленев от натуги, кричали в рупоры непонятные команды. Они плыли открывать неведомые земли."


 

М.Халаши "И вдруг раздался звонок": у семилетней Шарики реальный и выдуманный мир легко уместились в одну комнату - девочка не может ходить. Но и в четырех стенах, огораживающих страну Комнатию, можно обнаружить удивительно интересную публику: занавеску Рози, кувшин Карчи, старую комодиху Маришку, маленький торшер Венцель Железный, барышень Камышинок, живущих втроем в одной вазе, хрупкую пепельницу Ханну, свечки Белу и Дюлу.
"А бал между тем был в полном разгаре. Уже и Маришка отплясывала, кряхтя и поскрипывая, не переставая жаловаться на свои недуги доктору Пенсне, который пригласил ее танцевать.
— Ой, доктор, стара я уже для танцев, — говорила она Пенсне.
Доктор, по случаю бала нацепивший старомодный галстук-бабочку, выделывал уморительные кренделя, не желая отставать от молодых.
— И я не сегодня родился, — пыхтел доктор. — Через месяц мне шестьдесят стукнет.
— Да вы ребенок по сравнению со мной, доктор, — улыбнулась Маришка. — Вот мне в этом году сто пятьдесят исполнится. — И застонала, потому что от резкого движения у нее снова заныли суставы.
Барышни Камышинки, как только начались танцы, недовольно зашелестели, но когда перед ними выросла сухопарая фигура Армина Шмидта, тотчас умолкли. Словно прикусили язычки от оказанной им чести. Сам Армин поведет их танцевать! Они были уже не молоды, но так изящны, так грациозно колыхались вокруг Армина, что любо-дорого было глядеть."
Они только кажутся неодушевленными, на самом деле они действуют, чувствуют, разговаривают, ссорятся, влюбляются, страдают, сплетничают. Муха Жига ведет следствие по розыску преступника, тяжело ранившего на балу занавеску Рози. А в трудную минуту жители Комнатии приходят Шарике на помощь.


Э.Сетон-Томпсон "Маленькие дикари": не совсем строго по теме, но, пожалуй, близко к ней - повесть об увлекательной летней игре трех мальчишек, решивших на время поселиться в лесу, чтобы пожить там жизнью индейцев, превратив окрестности фермы в "страну благородных дикарей", которой уже нет, да, наверное, никогда и не было. Они строят вигвам, делают луки и стрелы, совершают "воинские подвиги", устраивают "набеги на бледнолицых", соблюдая, однако, строгий кодекс чести и верности.


М.Энде "Бесконечная история": повесть о мальчике Бастиане, спрятавшемся в книжной лавке от измывательств одноклассников и открывшем загадочную волшебную книгу, только прикидывается сказкой. На самом деле чудесная страна и ее герои существуют только до тех пор, пока подпитываются фантазией самого Бастиана. Ведь погрузившись в чтение книги, мы оказываемся в иных мирах и пространствах. "- Есть люди, которые никогда не могут попасть в Фантазию, - сказал господин Кореандер, - а есть и такие, которые могут, но остаются там навсегда. А еще есть такие, которые уходят в Фантазию, а потом возвращаются назад..." Сайт, посвященный книге и фильму.


Такэдзи Хирацука "Папа большой, я маленький": "Стоит мне взобраться на папины колени, как мы оказываемся с ним в волшебной повозке и отправляемся в страну Что-хочу-то-и-делаю." Удивительную и невероятную страну, вход в которую можно найти только в воображении, придумал папа для маленького сына. В ней есть Часовая башня, часы на которой всегда стоят, и если они пойдут, то сторож-червяк их остановит. В этой башне пряталась слепая,глухая и немая старушка, которую зовут Одна-Одинешенька. За неё говорят, слушают и смотрят Старая лошадь, Черная Кошка и Змея. В этой стране живет художник, рисующий мокрой тряпкой по стеклу, и печальная Журавушка, соткавшая красивое полотно из своих перьев для нищего парня, которого полюбила, а он продал его, разбогател и потребовал еще. В фруктовой лавке можно купить только дробные части фруктов - одну вторую или одну треть. А в джунглях страны Что-хочу-то-и-делаю живут болтливые языки.Они ползают там под деревьями. Муравьи любят собираться вместе и произносить речи. Такая уж у них привычка. Произнесет кто-нибудь речь ответственным голосом, все сразу согласятся и одобрят. И даже мячи в этой стране совсем как люди, поступают как им вздумается.
Каждый день папа рассказывает новую историю, в которой фантазия только слегка маскирует события реальной жизни.


Еще одну книгу наверняка с радостью вспомнят те, кому довелось читать ее в детстве - интернет полон стонами о ее переиздании. В замечательной пятитомной "Книге знаний" А.Свирина, М Ляшенко трое школьных друзей, Ленка,Генка и Витька, собираются в гостях у Ленки и, с участием ленкиного деда - профессора, придумывают игру, в которой они стали инопланетянами с именами НкаЛе,КаГен и ТькаВи, прибывшими на звездолете «Луч» на Землю с целью ее всестороннего изучения. Юные инопланетяне очень похожи на людей, но у них есть хвосты и стрекозиные крылья. Каждая книга состоит из описаний их приключений и так называемых «научных тетрадей» - вставных научно-популярных очерков. Книга задумывалась прежде всего как познавательная, идея "посмотреть на родную Землю глазами чужака" открывала возможность для увлекательного, оригинального, с массой интереснейших фактов рассказа об астрономии, биологии, зоологии, географии, истории. Но и сама игра, с приключениями и "закадровыми" спорами и разговорами, была не менее интересна. В детстве мне особенно нравилось, что ребята придумали своим "инопланетянам" хвосты. Хвост - это было круто. Правда, иногда он причинял лишние хлопоты:
"- Есть! - закричал Каген и высоко подскочил на своем табурете.
Мы все бросились к нему.
То, что он услышал, было, очевидно, так важно, что впопыхах бедняга забыл отцепить свой хвост от табуретной ножки и рванул его изо всех сил.
- Ай! - заорал Каген и обеими руками схватился за больное место...". Отзыв.





В.Алексеев "Остров Гарантии" - пятнадцатилетние герои придумывают игру в планету Лориаль. У каждого свой собственный континент. "Очертания планеты постепенно вырисовывались на ватманском листе. Три материка изогнулись на ее исполинских боках. Бездна цветущих островов трепыхалась в темно-синем океане. Вот она, крутобокая, пустынная, тяжело вертится перед нашим окном, демонстрируя своим единственным владельцам то один, то другой континент.
– Фиолетовые леса… – подсказывал нам Шурик.
– А из них встают кварцевые горы. Прозрачные, как хрусталь…
– Муравьиные тропки дорог сквозь лесные толщи…
– И тысячи квадратных километров сиреневого льда…
Много было споров и о видимых дорогах. Шурик и я утверждали, что это лишь трещины в скальных массивах континентов. Борька же доказывал, что это пусть примитивные, но дороги. Он полагал, что планета Лориаль очень даже обитаема. Борька не ручался за наши материки, но в центре его тройного континента наверняка обитало племя смуглокожих девушек-амазонок, которые, как это ни печально, умирали одна за одною, едва достигнув шестнадцати лет. Не знаю, в какой иллюминатор усмотрел он эту деталь, но у Шурки тот факт, что девушки жили одним племенем и как-то сами по себе рождались и умирали, вызывал большие сомнения. В конце концов спорить не стали: высадка решит все проблемы..."
Свои цвета. Свои материки. Свои пpиключения, образ жизни, государственное устройство. Hо игpа оборачивается нешуточным испытанием дружбы, открывает характеры с неожиданной для самих ребят стороны, и надо решать, как им теперь быть.


У.Ле Гуин "Далеко-далеко отовсюду" - тонкая психологическая повесть о подростках на пороге взрослости и о любви. Семнадцатилетним Оуэну и Натали не слишком уютно среди сверстников. Но друг с другом они могут говорить о сокровенных мыслях и чувствах и поделиться страной своей мечты. " ...она называлась Торн. Я рисовал ее карты и тому подобную чепуху, но рассказов о ней я не писал. Вместо этого я описывал ее флору и фауну, пейзажи, города, писал об ее экономике, образе жизни ее населения, о ее правительстве, сочинил историю государства. Когда я начинал - мне тогда было двенадцать лет, - это была монархия, но позднее, когда мне стукнуло пятнадцать, а потом шестнадцать, в этой моей стране уже было нечто вроде свободного социалистического общества, и мне пришлось придумывать, какому повороту истории Торн был обязан тем, что от автократии он сразу шагнул к социализму, и как у него сложились отношения с другими странами. Это была крошечная страна, всего шестьдесят миль в поперечнике, расположенная на острове в Южной Атлантике - далеко-далеко отовсюду. И все время на Торне дул ветер. А берега были крутые и скалистые. Редко удавалось проплывающим мимо кораблям пристать к ним; когда-то греки или финикийцы открыли остров, и с тех пор пошли легенды об Атлантиде, но до 1810 года об острове практически не помнили. И по сию пору на Торне умышленно не строят ни причалов для больших кораблей, ни аэродромов для самолетов. К счастью, остров оказался настолько мал и беден, что Великие Государства не проявили к нему никакого интереса, и не включили его в сферу своего влияния, и не превратили его в ракетную базу. Словом, оставили его в покое." Повесть выходила в давнишнем сборнике "Индеец с тротуара" и больше, по-моему, не переиздавалась, а жаль.

Такая вот маленькая карта земель человеческой фантазии.