tomtar: (milles)
[personal profile] tomtar
"Передача, в которой пародировали гениальную песню из "Шербурских зонтиков", называется "С добрым утром". Но это ничего, ничего, Сапожников разносторонний. Он был рад послушать эту песню даже в пародии. С Сапожниковым так было всю жизнь. Шекспира он впервые узнал от пародиста в концерте, и Евангелие тоже, "Веселое евангелие" называлось. И все самое великое ему приходилось выковыривать, как изюмину из сухаря."
(М.Анчаров "Самшитовый лес")

Эх, сколько "изюма" было наковырено во времена оны. Редко россыпью, почти всегда поштучно.

Щедрее всех был Куприн: его "Суламифь" цитировала "Песнь песней" довольно пространно. А вот строфа из "Аннабел Ли" была погребена в многословной и скучной "Туманности Андромеды", изящная "Детская песенка" Сэндберга - в ходульно-романтическом рассказе "Орленок" Журавлевой, который с трудом вспоминают даже в "Лаборатории фантастики":
Есть голубая звезда, Джанетта, 
Езды до нее двенадцать лет, 
Если мчаться со скоростью света. 
И белая есть звезда, Джанетта. 
Езды до нее сорок лет, 
Если мчаться со скоростью света. 
К какой же звезде 
Мы с тобой поедем — 
К голубой или белой?


spellbound-1945-dream-salvador-dali.jpg С импрессионистами меня знакомил увесистый советский альбом. Черно-белый. Такой импрессионизм. Чарующая мелодия Нино Рота из "Крестного отца" в обработке Поля Мориа сопровождала мультфильм "Контакт". Хороший, к слову, мультфильм, даром что подражал психоделической "Желтой подводной лодке". Но это, как и оригинал музыки, обнаружилось много позже, когда на экраны повалила недоступная ранее киноклассика. До того приходилось довольствоваться кинокритикой: авторы ее упоенно пересказывали сюжеты западных фильмов, недоступных для большинства советских граждан. Не вполне точно, как выяснилось опять же позднее, но страшно увлекательно.

Странно, но очень многие фильмы, увиденные, наконец, на экране, разочаровали - в пересказе они были интереснее и умнее. Зато в них обнаруживались новые изюминки, на сей раз не покрытые тленом цензуры: моим первым знакомством с Дали стал не журнал "Огонек", а хичкоковский "Заворожённый", с невероятными декорациями великого и ужасного Сальвадора. Кшиштоф Пендерецкий - это "Рукопись, найденная в Сарагосе". Фильм, а не книга. Осилить книгу у меня не получилось, а фильм люблю.

Тивадар Костка Чонтвари, редкий эндемик, за пределами Венгрии практически безвестный - его мне дал "Чонтвари" Золтана Хусарика, один из самых красивых фильмов, увиденных в юности. А Луи Армстронг пришел из "Голубого огонька", в котором был чудный номер с кукольным тигром, его потом не раз повторяли по телевизору отдельной сценкой. Она мне до сих пор очень нравится. Ностальгия или номер и вправду был удачным? Скорее, второе. Сэконд хэнд - это ведь не только обноски. Иногда это новая жизнь старых вещей.